Интервью с профессором кафедры теологии РГППУ Д.И. Макровым - 15 Апреля 2010 - Официальный сайт кафедры теологии РГППУ
Пятница, 09-Дек-2016, 18:34

Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Регистрация | Вход
Меню сайта

Форма входа

 
Категории раздела
Новости и обновления на сайте [18]
Новости кафедры [9]
Студенческая жизнь [4]
Православные праздники [38]
Обзоры новостей и событий [107]
Радио Alfa [2]
Новости России и мира [15]

Информер погоды
Яндекс.Погода

Пробки в Екатеринбурге
Пробки на Яндекс.Картах

Что нового на форуме?

Главная » 2010 » Апрель » 15 » Интервью с профессором кафедры теологии РГППУ Д.И. Макровым
23:40
Интервью с профессором кафедры теологии РГППУ Д.И. Макровым


Дорогие друзья, большое спасибо, что задавали вопросы профессору кафедры теологии РГППУ Дмитрию Игоревичу Макарову.

 

Владимир Коренев

Дмитрий Игоревич! Большое Вам спасибо за интересный сайт.

У меня два вопроса.

 

1. Основная сфера Ваших научных интересов - это Византия. Почему Вы обратились именно к этому периоду в истории?

 

2. Как повлиял на Вас Валентин Александрович Сметанин (простите если не так выразился) Большое спасибо.

 

Дмитрий Игоревич 1. С одной стороны, Византия – крупнейшее существовавшее в мировой истории православное царство. С другой, наиболее богатая в духовно-культурном отношении цивилизация за последние 2000 лет. В третьих, великое «инкогнито» мировой истории. Я в школе, когда слышал слово «Византия», не мог понять: это Древняя Русь или нет? Сегодня у детей и студентов гораздо больше возможностей узнать об этих наших духовных предках. А кроме того, как говорит Умберто Эко, со средневековьем можно общаться напрямую (через источники), а современность я знаю через экран телевизора. Исторический путь России без Византии понят быть не может.

 

2. Повлиял в плане изучения у него новогреческого языка и усвоения мною его некоторых историко-филологических концепций (он занимался письмами, а я – проповедями). Его работы отвечают динамике мировой науки в целом: если раньше занимались только нарративными памятниками (исторические тексты, летописи), то последние лет 50 -60 – всей массой текстов, изображений, надписей на печатях в целом.

 

Людмила:

Уважаемый Дмитрий Игоревич!

 

Расскажите о Вашем пути к вере, пожалуйста.

 

Заранее большое спасибо.

 

Дмитрий Игоревич: Мой путь к вере ни в коем случае не может быть типичным или хрестоматийным примером – люди ведь обычно приходят к вере через храм, а мой путь в этом плане более похож на пути философов Серебряного века – через книгу и раздумья. Бердяев, Соловьев, Евангелие в переводе о. Леонида Лутковского, немножко Иоанна Кронштадтского – и общая атмосфера оживления православной веры, сопутствовавшая той эпохе 1000-летия Крещения Руси (я крестился вскоре после того события). Храмовое благочестие прививаю себе и сейчас не без труда. Много лет думал, что религиозные философы лучше всего познали веру и жизнь в Церкви. Сейчас мое сердце – с Отцами Церкви и дай Бог, чтобы так было всегда. Искать надо, доколе не обрящешь (Тертуллиан).

 

Василий:

Дмитрий Игоревич! Скажите какими языками Вы владеете? И как можно выучить иностранный язык? Можно ли его выучить самому?

 

Дмитрий Игоревич:

Вопрос владения предполагает вопрос о степени владения. В этом плане я – не особо какой пример, потому что прилично говорю только по-английски и гораздо хуже, забывая многие слова, по-немецки и французски (но недлинную беседу все же могу выдержать), могу подать несколько реплик по-новогречески. Ну а читаю я (опять же по-разному) на этих и еще нескольких языках (древнегреческий, итальянский), подтягиваю потихоньку латынь (средневековую и профессорскую) и думаю, сколь многого мне еще не хватает. Прочесть Вергилия с листа для меня – пытка, но средневековые богословские тексты потихоньку начинают даваться.

 Определенное количество языков всякий здоровый интеллект в пассивном виде может усвоить по книжкам-самоучителям. Ведь происходит что? Вы выучиваете два-три инварианта (английский, латынь и немецкий), а там на эти инварианты накладывается еще французский (корни – латинские), итальянский и т.п., равно как при хорошем знании славянского не проблема – выучить сербскохорватский или болгарский, а немецкого – голландский. А вот уже восточные языки – отдельная область, я с ней пытался соприкасаться, но это трудно.

 

Афоня:

Вы были заграницей?

 Дмитрий Игоревич:

Был и считаю, что многое в сфере образования, преподавания и науки у них поставлено гораздо, на многие порядки, лучше, чем у нас. Я имею в виду не США (да сохранит нас Господь), а классические университеты Европы, где был (Кембридж; Лувенский Католический университет в Бельгии), ориентированные на христианскую традицию, во многом выигравшую от схоластики (понимаемой в хорошей смысле). Кстати, в Лувене работают и православные, и протестанты, и общий дух очень уважительный и серьезный. В России сейчас подобный творческий дух возрождается в Свято-Тихоновском гуманитарном университете. А вообще я люблю путешествовать, вот только редко это удается.

 

 

Вы поддерживаете политику партии Единой России?

 Дмитрий Игоревич:

И как, по вашему, выйти из кризиса России?

Я поддержал на последних выборах политику Мишарина, потому что слышал его беседу с владыкой Викентием и священниками на епархиальном собрании духовенства. Во всероссийском масштабе я не готов ответить, главное – не допустить возврата коммунизма (по-моему), а там, если усилится «Справедливая Россия», возможно, проголосую и за нее. Вот за СПС, КПРФ и ЛДПР – однозначно никогда.

А о кризисе см. выступления Патриарха – тут я его поддерживаю. Кризис – это кризис безверия, вызванный всем известным длительным историческим периодом и тем, что за истекшие 20 лет свободы еще не все осознали ценность духовности и православных традиций. Борьба пролегает в этой сфере. А если есть вера, Вы же понимаете, что и не воруют, и не пьют, и не только о мошне думают, и себя исправляют, а не других – вот вам и выход наметится. А уж там, Господь поможет, и производство можно будет модернизировать, и коммуналку, и остальное. Примеры тому есть. Кризис – в сердцах. Не топи ближнего – и кризис начнет отступать.

 

  Сергей:

Дмитрий Игоревич! Очень интересно услышать ваше мнение по поводу новости на сайте насчет теологии в ВАКе. Что это даст?

 Дмитрий Игоревич:

Это даст возможность специалистам в области литургики, патрологии, догматики, церковной истории, миссиологии и т.п. с гораздо большей свободой защищаться и получать признание от государства своих заслуг, не подстраиваясь под старые и во многом застарелые советы по гуманитарным наукам, многие из членов которых мыслят либо отжившими марксистскими, либо постмодернистскими категориями. Церковь, надеюсь, получит новый и сильный приток гуманитарных кадров. Во всем развитом мире – так. у нас – все еще идет борьба за это неотъемлемое для Церкви право: «шедше, научите», по слову Господню апостолам.

 

 

Дмитрий Игоревич! Большое спасибо, что создали этот сайт, очень интересно читать. Расскажите немного о его создании. Спасибо.

 

Дмитрий Игоревич:

 

Благодарю Вас за высокую оценку нашего сайта, но этот вопрос – к его бессменному модератору и разработчику Александру Рукавишникову. Сайт наш не зависит ни от какой цензуры и является плодом нашего с ним (в основном) сотрудничества, но моя роль – чисто номинальная: поддержать. А его – все остальное.

 

Анна:

Как Вы относитесь к идее духовно-нравственной экономике. Это тема сегодня актуальна или это бред сивой кобылы в лунную ночь?

 Дмитрий Игоревич:

Духовность и нравственность – универсальный модус бытия православного человека. Если он духовен и нравственен – то во всем, и в экономике в том числе. А экономика – все же наука математическая и прикладная. Духовными и нравственными могут и призваны экономисты (мы ведь все призваны к святости – Лев. 19, 18, Наг. Проповедь Спасителя), а экономика, как и математика – научна и качественна, или нет. Т.е. да, у православного человека – определенный свод нравственных норм в хозяйствовании и экономическом поведении в целом. Дай Бог, чтобы и в обществе в целом они получали широкое распространение.

 

 

 

Какие перспективы есть в теологическом образовании?

Дмитрий Игоревич:

Если введут степень канд. и доктора теологических наук – очень хорошие. Пока оно все еще находится в полуподвешенном состоянии, являясь чем-то полулегальным в глазах государства. На практике договор о взаимной конвертации дипломов академий и светских университетов, насколько я знаю, не очень-то работает: в семинарии есть прекрасные люди, которые могли бы преподавать и у нас, но их диплом (МДА!) не дает им права это делать.

 А в научном плане – неплохие перспективы, интеграция в мировую науку – медленно, но идет, с информацией благодаря интернету сейчас меньше проблем и для ученого уже становится не столь важно, где он живет географически (Москва – хорошо, не Москва – плохо), а то, в каких отношениях он находится с коллегами и доверяют ли ему в этой среде, считают ли «своим».

 

 

Иван Васильевич:  

Сейчас много говорят о реформе духовного образования.  Я не могу разобраться в учебных заведениях:

 

Духовные семинарии и Академии;

Теологические факультеты;

Миссионерские курсы;

Общецерковная аспирантура.

 

Если не трудно, объясните по принципу - найди десять отличий.

Большое спасибо.

 Дмитрий Игоревич:

Миссионерские курсы – это вроде как курсы кройки и шитья. Образование сугубо факультативное и не высшее, для любителей. Оговорюсь: у нас в городе есть Высшие мисс. курсы, они сейчас преобразуются в полномасштабный институт, и я всецело и полностью поддерживаю это начинание. Т.е. они именно поднимают свой статус, вводят университетские программы, повышают серьезность образования.

Духовная семинария – вуз, готовящий клириков (священников или регентов хора). Базовое звено сугубо церковной подготовки.

Академия – аспирантура для особо одаренных студентов, готовящихся стать особо просвещенными клириками.

Теологический факультет (у нас пока только кафедра) – теология в академическом срезе, т.е. здесь преподают и богословие, и научные знания по церковной истории, патрологии и т.п., но не готовят клириков, а готовят православных (или католических и т.п. – на Западе) интеллектуалов, исследователей. Людей, знающих историю и свои корни и могущих быть экспертами, преподавателями – от детсада до университета + помощниками священника по внебогослужебной деятельности прихода. Акцент на научности и служении мирян.

Общецерковная аспирантура – новый пока феномен, и для клириков, и для мирян, но во главе ее стоит великий ученый и богослов – митрополит Иларион (дай ему Бог здоровья), поэтому плодов от нее я ожидаю. Посмотрим. Т.е. ОЦА относится к теол. фак-ту аналогично тому, как академия – к семинарии, а мисс. курсы – нечто вроде довузовской подготовки. Вот это структурное сходство мне представляется достаточно точным.

 

 

Что можете сказать о протоиерее Георгии Митрофанове?

Дмитрий Игоревич:

Признаться, у  меня не было времени подумать об этом церковном деятеле, но я встречался с его сыном Андреем Юрьевичем – это талантливый историк ранней западной Церкви, канонист, автор монографии, свободно, кстати, говорящий по-французски. И так далее. Так что всё только самое хорошее. Может быть, Вы уточните вопрос. Я так понимаю, речь идет о какой-то идее, кажущейся Вам спорной?

 

 sponge Bob:

 

Quel dans l'enfance vous plaisaient les dessins animés?

 Дмитрий Игоревич:

Le chef-d’oeuvre absolu pour tous les enfants de la Russie, s’est, a mon avis, le "Nou, pogodi!”(Vous comprenez?). Et, bien sur, cels sur le chat Leopolde et les deus souris; cels sur le Moumi-trolle, d’apres le livre fameux de Tove Jansson, et cels sur Karlsson et le bambin. Evidemment, je vis "Tom and Jerry”, mais j’aimais mieux les susnommes.

 

Heinrich:

Guten Tag! Warum haben Sie sich entschieden, sich mit der Wissenschaft zu beschäftigen?

 

Der Vielen Dank.

 

 Дмитрий Игоревич:

Guten Tag, Heinrich! Erstens, ich war von meiner Mutter beeinflusst worden. Zweitens, ich studierte in das klassische Gymnasium, obwohl es nur in die Universitatesjahren geschah, dass ich die klassische Sprachen lernen begann. Ich moechte mit der Zitierung Max Webers, wer von "Wissenschaft als Beruf” gesprochen hatte, auf Ihre Frage antworten. Ich traumte einst, zum Orientalisten zu werden, aber Byzanz ist wie ein magischer Kristall, wer hat in sich alle Schaetze des Ostens und des Westens aufgenommen. Ausserdem bildete sich in unserer Stadt die sogenannte Sjuzjumow-Schule der Byzantinistik heraus, und meine Professorin an der Ural-Universitaet, Frau Poljakowskaja, war und ist eine der hervorragendster Vertreter und Vertreterinnen dieser Schule. Infolge aller diese Faktoren, ich liebe Byzanz sehr. Habe ich an Ihre wichtige Frage zufriedenstellend geantwortet?

 

Категория: Новости кафедры | Просмотров: 621 | Добавил: Александр_Рукавишников | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Икона дня


Банерная сеть Александра Рукавишникова



Поиск

Календарь
«  Апрель 2010  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930

Архив записей

Наш сайт в каталогах
 Rambler's Top100


Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Мы рекомендуем
 

   

Copyright  Uralteologia
Design Alexandr Rukavishnikov 
© 2016